Тень за спиной  - Тана Френч

– Великие умы мыслят одинаково, – сказала я. – Именно это я и хотела тебе предложить. – И добавила тише: – Нам нужно поговорить. Не здесь.

Конечно, то, что в собственной рабочей комнате невозможно говорить свободно, – очень плохо, но мы не знаем, кто из практикантов – человек Бреслина.

– Нам в любом случае надо снова осмотреть квартиру Ашлин.

– Отлично. Поехали.

Он выкинул обертки от «Киткат» в корзину, вот оно, хорошее воспитание.

– Когда будем в Стонибаттере, устроишь мне экскурсию по тамошним пабам?

– Зачем?

– Может, они иногда заходили выпить пивка.

Практиканты были погружены в работу, но я все равно говорила тихо, это становилось привычкой.

– Кто? Ашлин и ее дружок? У парня роман на стороне. Ты думаешь, он станет водить свою тайную зазнобу по пабам?

– Они встречались шесть месяцев, судя по словам Люси. Ты думаешь, они все шесть месяцев сидели взаперти и трахались?

Стив пошуршал бумагами на столе, нашел фотографию Ашлин и засунул ее в карман пальто.

– Пабы скоро откроются. Пошли.

Я не двинулась с места.

– Даже если он существует, они не пошли бы в местные забегаловки. Люси говорит, что Ашлин любила модные клубы. Пабы в Стонибаттере не подходят под это определение, и это мягко говоря.

– Значит, меньше шансов попасться. А если он женат, то они трахались у Ашлин, но когда одолевала жажда или скука, могли пропустить по пинте где-то неподалеку. – Стив накинул пальто и посмотрел в окно. – Свежий воздух пойдет нам на пользу.

– В Стонибаттере нет никакого свежего воздуха, а мы с тобой слишком изысканны для этой деревни. Кроме того, думаешь, бармен вспомнит какую-то фифу, которая выглядит в точности как половина женских особей в Дублине?

– Ну ты же ее запомнила. А у барменов прекрасная память на лица.

Стив стянул мое пальто со стула и теперь держал его, точно швейцар.

– Сделай одолжение.

– Дай сюда, – я вырвала пальто у него из рук, – и прибери тут. – Я указала подбородком на распечатки.

Стив принялся сгребать бумаги. Гэффни посмотрел в нашу сторону.

– Гэффни, передай остальным, совещание в половине шестого. И найди Бреслина. Ты не должен отходить от него ни на шаг, помнишь? Что ты вообще здесь делаешь?

– Ну, то, что он велел. – Гэффни оцепенел, бедный сукин сын вдруг увидел, как вся его карьера растекается лужей по ковру. – Я и не отходил от детектива Бреслина ни на шаг весь вчерашний вечер и все утро. Я вел его записи, и он объяснял, как вы работаете и все такое… А потом ему понадобилось уйти, и мне он сказал, что теперь я вполне могу работать самостоятельно и вам я, вероятно, нужнее, чем ему, поэтому…

Бреслин, конечно, прав. Гэффни вполне способен рыться в финансовых документах и звонить по телефону, без того чтобы кто-то держал его за руку, иначе он бы попросту не оказался в списке кандидатов на место в Убийствах. Но он также способен вести записи во время допросов, а Бреслин не из тех, кто отказывается от помощников, когда их предлагают. Если только ему не надо втихую надавить на свидетеля. Гэффни выглядел как загнанный пони и смотрел на меня умоляюще. Нет никакой пользы в том, чтобы он таскался с Бреслином, тот все равно придумает, как избавиться от чужих ушей.

– Все в порядке, – сказала я. – Не парься и займись работой, у тебя ее предостаточно.

Гэффни что-то благодарно мямлил, но я уже вышла из комнаты; сзади раздался скрежет ключа – Стив запирал ящики стола. Не знаю, насколько это могло помочь.